arXiv is now an independent nonprofit! Learn more
License: Assumed arXiv.org perpetual non-exclusive license
arXiv:math/0507017v1 [math.FA] 01 Jul 2005

УДК 517.984

Индефинитная задача Штурма–Лиувилля для некоторых классов самоподобных сингулярных весовThanks: Работа поддержана РФФИ, грант \No 04-01-00712, и фондом поддержки ведущих научных школ, грант НШ-1927.2003.1.

А. А. Владимиров, И. А. Шейпак Address: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, механико-математический факультет Email address: vladimi@mech.math.msu.su Address: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, механико-математический факультет Email address: iasheip@mech.math.msu.su
Аннотация.

В статье продолжается изучение вопроса об асимптотике спектра граничной задачи

y′′λρy=0,\displaystyle-y^{\prime\prime}-\lambda\rho y=0,
y(0)=y(1)=0,\displaystyle y(0)=y(1)=0,

где ρ\rho есть функция из пространства W[0,1]12{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1], имеющая самоподобную первообразную. Рассматриваются случаи неарифметического и вырожденного арифметического самоподобия такой первообразной.

1. Введение

В настоящей статье будет продолжено начатое в работе [3] изучение вопроса о спектральных асимптотиках граничной задачи

(1.1) y′′λρy=0,\displaystyle-y^{\prime\prime}-\lambda\rho y=0,
(1.2) y(0)=y(1)=0,\displaystyle y(0)=y(1)=0,

где весовая функция ρ\rho имеет самоподобную квадратично суммируемую первообразную. Цель настоящей статьи состоит в рассмотрении двух случаев самоподобия, оставшихся неразобранными в предыдущей работе.

Первым из них является возникающий при допущении индефинитности веса ρ\rho вырожденный случай арифметического самоподобия, описываемый ниже в теореме 4.1. Соответствующий аналог теоремы восстановления будет доказан в параграфе 2.

Вторым из этих случаев является случай неарифметического самоподобия. Соответствующий аналог теоремы восстановления будет доказан в параграфе 3.

2. Теорема восстановления в вырожденном арифметическом случае

Основным результатом настоящего параграфа является следующее утверждение.

Теорема 2.1.

Пусть фиксировано произвольное положительное вещественное число τ\tau. Пусть наборы неотрицательных чисел {uk}k=1N\{u_{k}\}_{k=1}^{N} и {vk}k=1N\{v_{k}\}_{k=1}^{N} таковы, что

k=1N(uk+vk)=1,k=1Nvk>0,\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}+v_{k})=1,\qquad\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}>0,

причём наибольший общий делитель номеров kk, для которых справедливо неравенство uk+vk>0u_{k}+v_{k}>0, равен 11. Пусть также

k[(N1)/2]\displaystyle\forall k\leqslant[(N-1)/2] u2k+1=0,\displaystyle u_{2k+1}=0,
k[N/2]\displaystyle\forall k\leqslant[N/2] v2k=0,\displaystyle v_{2k}=0,

где через [a][a] обозначается целая часть числа aa. Наконец, пусть непрерывные на \mathbb{R} функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют условиям

t+|Xj(t)|Πjeτt,\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}^{+}\qquad|X_{j}(t)|\leqslant\Pi_{j}\,e^{-\tau t},
tXj(t)=0.\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}^{-}\qquad X_{j}(t)=0.

Здесь Πj\Pi_{j}, где j=1,2j=1,2, —  положительные числа. Тогда существует и единственна пара непрерывных на \mathbb{R} функций ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющая уравнениям

t+Zj(t)=Xj(t)+k=1N(ukZj(tk)+vkZ3j(tk)),\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}^{+}\qquad Z_{j}(t)=X_{j}(t)+\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}\,Z_{j}(t-k)+v_{k}\,Z_{3-j}(t-k)),
tZj(t)=0.\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}^{-}\qquad Z_{j}(t)=0.

При этом для функций ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, справедливы оценки

t+|Zj(t)s(tj+1)|(Π1+Π2)C(t),\forall t\in\mathbb{R}^{+}\qquad\left|Z_{j}(t)-s(t-j+1)\right|\leqslant(\Pi_{1}+\Pi_{2})\cdot C(t),

где исчезающая на бесконечности функция CC не зависит от выбора функций XjX_{j}, а непрерывная 22-периодическая функция ss имеет вид

ts(t)=1Jk=+(X1(t2k)+X2(t2k1)).\forall t\in\mathbb{R}\qquad s(t)=\dfrac{1}{J}\sum\limits_{k=-\infty}^{+\infty}\left(X_{1}(t-2k)+X_{2}(t-2k-1)\right).

Через JJ здесь обозначена величина

Jk=1Nk(uk+vk).J\rightleftharpoons\sum\limits_{k=1}^{N}k\,(u_{k}+v_{k}).

Доказательство теоремы 2.1 полностью аналогично доказательству теоремы 2.2 из работы [3]. Поэтому мы не станем приводить его подробного изложения, а укажем лишь на лежащую в его основе лемму. При этом, как и в [3], через 1,r\ell_{1,r}, где r+r\in\mathbb{R}^{+}, мы будем обозначать пространство последовательностей θ={θn}n=0\theta=\{\theta_{n}\}_{n=0}^{\infty}, ограниченных по норме

θ1,rn=0rn|θn|.\|\theta\|_{\ell_{1,r}}\rightleftharpoons\sum\limits_{n=0}^{\infty}r^{n}|\theta_{n}|.
Лемма 2.1.

Пусть фиксированы произвольные r<1r<1 и R>1R>1. Пусть наборы неотрицательных чисел {uk}k=1N\{u_{k}\}_{k=1}^{N} и {vk}k=1N\{v_{k}\}_{k=1}^{N} таковы, что

k=1N(uk+vk)=1,k=1Nvk>0,\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}+v_{k})=1,\qquad\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}>0,

причём наибольший общий делитель номеров kk, для которых справедливо неравенство uk+vk>0u_{k}+v_{k}>0, равен 11. Пусть также

k[(N1)/2]\displaystyle\forall k\leqslant[(N-1)/2] u2k+1=0,\displaystyle u_{2k+1}=0,
k[N/2]\displaystyle\forall k\leqslant[N/2] v2k=0,\displaystyle v_{2k}=0,

где через [a][a] обозначается целая часть числа aa. Тогда для любых xj1,Rx_{j}\in\ell_{1,R}, где j=1,2j=1,2, существует и единственна пара zj1,rz_{j}\in\ell_{1,r} решений системы

n{0,1,2,}zj,n=xj,n+k=1min(N,n)(ukzj,nk+vkz3j,nk),j=1,2.\forall n\in\{0,1,2,\ldots\}\qquad z_{j,n}=x_{j,n}+\sum\limits_{k=1}^{\min(N,n)}(u_{k}z_{j,n-k}+v_{k}z_{3-j,n-k}),\qquad j=1,2.

При этом координаты векторов zjz_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют оценке

n{0,1,2,}|zj,nω(1)n+jχJ|(x11,R+x21,R)Cn,j=1,2,\forall n\in\{0,1,2,\ldots\}\qquad\left|z_{j,n}-\dfrac{\omega-(-1)^{n+j}\chi}{J}\right|\leqslant(\|x_{1}\|_{\ell_{1,R}}+\|x_{2}\|_{\ell_{1,R}})\cdot C_{n},\qquad j=1,2,

где бесконечно малая последовательность {Ck}k=0\{C_{k}\}_{k=0}^{\infty} не зависит от выбора xjx_{j}, а величины ω\omega, χ\chi и JJ определены равенствами

ω12k=0(x1,k+x2,k),\displaystyle\omega\rightleftharpoons\dfrac{1}{2}\sum\limits_{k=0}^{\infty}(x_{1,k}+x_{2,k}),
χ12k=0(1)k(x1,kx2,k),\displaystyle\chi\rightleftharpoons\dfrac{1}{2}\sum\limits_{k=0}^{\infty}(-1)^{k}(x_{1,k}-x_{2,k}),
Jk=1Nk(uk+vk).\displaystyle J\rightleftharpoons\sum\limits_{k=1}^{N}k(u_{k}+v_{k}).
Доказательство.

Для доказательства леммы достаточно повторить, с незначительными изменениями, рассуждения из доказательства леммы 2.2 работы [3]. Поэтому мы ограничимся указанием на основное отличие рассматриваемого случая от разобранного в [3], опуская технические детали. При этом, как и в [3], через XjX_{j}, ZjZ_{j}, UU и VV мы будем обозначать производящие функции последовательностей {xj,n}n=0\{x_{j,n}\}_{n=0}^{\infty}, {zj,n}n=0\{z_{j,n}\}_{n=0}^{\infty}, {un}n=1N\{u_{n}\}_{n=1}^{N} и {vn}n=1N\{v_{n}\}_{n=1}^{N}.

В рассматриваемом вырожденном случае производящие функции ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, имеют на границе единичного круга не одну особенность (в точке w=1w=1), а две (в точках w=±1w=\pm 1). Учёт дополнительной особенности легко проводится, если принять во внимание, что при выполнении условий леммы справедливо тождество

w(1U+V)(w)=(1UV)(w).\forall w\in\mathbb{C}\qquad(1-U+V)(w)=(1-U-V)(-w).

Оно позволяет разложить величины (1U+V)(w)(1-U+V)(w) на множители 1+w1+w и Q(w)Q(-w), где QQ —  многочлен, удовлетворяющий тождеству

w(1UV)(w)=(1w)Q(w).\forall w\in\mathbb{C}\qquad(1-U-V)(w)=(1-w)\cdot Q(w).

Сказанное означает, что последовательности {zj,n}n=0\{z_{j,n}\}_{n=0}^{\infty} асимптотически эквивалентны последовательностям коэффициентов Маклорена функций

X1(1)+X2(1)2J(1w)+Xj(1)X3j(1)2J(1+w).\dfrac{X_{1}(1)+X_{2}(1)}{2J(1-w)}+\dfrac{X_{j}(-1)-X_{3-j}(-1)}{2J(1+w)}.

Отсюда и вытекает утверждение доказываемой леммы. ∎

3. Теоремы восстановления в неарифметическом случае

Целью настоящего параграфа является доказательство следующих утверждений.

Теорема 3.1.

Пусть набор положительных чисел {uk}k=1N\{u_{k}\}_{k=1}^{N} таков, что

k=1Nuk=1.\sum\limits_{k=1}^{N}u_{k}=1.

Пусть также набор положительных чисел {lk}k=1N\{l_{k}\}_{k=1}^{N} линейно независим над полем \mathbb{Q}. Наконец, пусть непрерывная на \mathbb{R} функция XX удовлетворяет при t±t\to\pm\infty условию

X(t)=o(t2).X(t)=o(t^{-2}).

Тогда существует и единственна непрерывная на \mathbb{R} функция ZZ, удовлетворяющая уравнениям

tZ(t)=X(t)+k=1NukZ(tlk),\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}\qquad Z(t)=X(t)+\sum\limits_{k=1}^{N}u_{k}\,Z(t-l_{k}),
limtZ(t)=0.\displaystyle\lim\limits_{t\to-\infty}Z(t)=0.

При этом функция ZZ подчиняется соотношению

limt+Z(t)=1J+X𝑑μ,\lim\limits_{t\to+\infty}Z(t)=\dfrac{1}{J}\int\limits_{-\infty}^{+\infty}X\,d\mu,

где через dμd\mu обозначена линейная мера Лебега, а через JJ обозначена величина

Jk=1Nuklk.J\rightleftharpoons\sum\limits_{k=1}^{N}u_{k}\,l_{k}.
Теорема 3.2.

Пусть наборы неотрицательных чисел {uk}k=1N\{u_{k}\}_{k=1}^{N} и {vk}k=1N\{v_{k}\}_{k=1}^{N} таковы, что

k{1,,N}uk+vk>0,\displaystyle\forall k\in\{1,\ldots,N\}\qquad u_{k}+v_{k}>0,
k=1Nvk>0,\displaystyle\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}>0,
(3.1) k=1N(uk+vk)=1.\displaystyle\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}+v_{k})=1.

Пусть также набор положительных чисел {lk}k=1N\{l_{k}\}_{k=1}^{N} линейно независим над полем \mathbb{Q}. Наконец, пусть непрерывные на \mathbb{R} функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют при t±t\to\pm\infty условиям

(3.2) Xj(t)=o(t2).X_{j}(t)=o(t^{-2}).

Тогда существует и единственна пара непрерывных на \mathbb{R} функций ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющая уравнениям

(3.3) tZj(t)=Xj(t)+k=1N(ukZj(tlk)+vkZ3j(tlk)),\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}\qquad Z_{j}(t)=X_{j}(t)+\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}\,Z_{j}(t-l_{k})+v_{k}\,Z_{3-j}(t-l_{k})),
(3.4) limtZj(t)=0.\displaystyle\lim\limits_{t\to-\infty}Z_{j}(t)=0.

При этом функции ZjZ_{j} подчиняются соотношениям

(3.5) limt+Zj(t)=12J+(X1+X2)𝑑μ,\lim\limits_{t\to+\infty}Z_{j}(t)=\dfrac{1}{2J}\int\limits_{-\infty}^{+\infty}(X_{1}+X_{2})\,d\mu,

где через dμd\mu обозначена линейная мера Лебега, а через JJ обозначена величина

Jk=1N(uk+vk)lk.J\rightleftharpoons\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}+v_{k})\,l_{k}.

Непосредственно нами будет проведено доказательство теоремы 3.2. Теорема 3.1 может быть доказана аналогичным образом; кроме того, она, по-существу, не нова. В частности, для случая экспоненциального убывания функции XX утверждения теоремы 3.1 установлены в работе [2] (см. также [4, гл. IX, § 9]).

Доказательство теоремы 3.2 будет опираться на ряд вспомогательных утверждений.

Лемма 3.1.

Пусть непрерывные на \mathbb{R} функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, неотрицательны, и пусть непрерывные на \mathbb{R} функции ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют уравнениям (3.3), (3.4). Тогда функции ZjZ_{j} также неотрицательны.

Доказательство.

Предположим, что при некоторых tt\in\mathbb{R}, m{1,2}m\in\{1,2\} и ε>0\varepsilon>0 справедливо неравенство Zm(t)<εZ_{m}(t)<-\varepsilon. Если бы при всех k{1,,N}k\in\{1,\ldots,N\} и j{1,2}j\in\{1,2\} были справедливы неравенства Zj(tlk)εZ_{j}(t-l_{k})\geqslant-\varepsilon, то, в силу равенства (3.1) и неотрицательности функций XjX_{j}, из уравнения (3.3) следовало бы противоречащее сделанному предположению неравенство Zm(t)εZ_{m}(t)\geqslant-\varepsilon. Следовательно, при некоторых k{1,,N}k\in\{1,\ldots,N\} и j{1,2}j\in\{1,2\} должно выполняться неравенство Zj(tlk)<εZ_{j}(t-l_{k})<-\varepsilon. Положительность величин lkl_{k} приводит теперь к противоречию с уравнением (3.4). ∎

Лемма 3.2.

Существует число C>0C>0 со следующим свойством: для любых непрерывных на \mathbb{R} функций XjX_{j} и ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющих уравнениям (3.3), (3.4) и оценкам

(3.6) t|Xj(t)|Πt2+1,\forall t\in\mathbb{R}\qquad|X_{j}(t)|\leqslant\dfrac{\Pi}{t^{2}+1},

где Π\Pi —  произвольное неотрицательное число, справедливы также оценки

t|Zj(t)|CΠ.\forall t\in\mathbb{R}\qquad|Z_{j}(t)|\leqslant C\cdot\Pi.
Доказательство.

Шаг 1. Рассмотрим функцию η\eta вида

tη(t)=k=1N(uk+vk)(arctg(t)arctg(tlk)).\forall t\in\mathbb{R}\qquad\eta(t)=\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}+v_{k})\cdot(\operatorname{arctg}(t)-\operatorname{arctg}(t-l_{k})).

Эта функция положительна и имеет при t±t\to\pm\infty асимптотику ηt2\eta\asymp t^{-2}. Если теперь положить X~1=X~2η\tilde{X}_{1}=\tilde{X}_{2}\rightleftharpoons\eta и

tZ~1(t)=Z~2(t)π2+arctg(t),\forall t\in\mathbb{R}\qquad\tilde{Z}_{1}(t)=\tilde{Z}_{2}(t)\rightleftharpoons\dfrac{\pi}{2}+\operatorname{arctg}(t),

то подстановка функций X~j\tilde{X}_{j} и Z~j\tilde{Z}_{j} в уравнения (3.3), (3.4) вместо, соответственно, функций XjX_{j} и ZjZ_{j} будет давать верные равенства.

Шаг 2. Зафиксируем постоянную C>0C>0 со свойством

tCπη(t)(t2+1).\forall t\in\mathbb{R}\qquad C\geqslant\dfrac{\pi}{\eta(t)\cdot(t^{2}+1)}.

Тогда для функций XjX_{j}, удовлетворяющих условию (3.6), будут выполняться неравенства

t|Xj(t)|CΠπη(t).\forall t\in\mathbb{R}\qquad|X_{j}(t)|\leqslant\dfrac{C\cdot\Pi}{\pi}\,\eta(t).

Из леммы 3.1 и результатов предыдущего шага теперь вытекают неравенства

t|Zj(t)|CΠπ(π2+arctg(t)),\forall t\in\mathbb{R}\qquad|Z_{j}(t)|\leqslant\dfrac{C\cdot\Pi}{\pi}\,\left(\dfrac{\pi}{2}+\operatorname{arctg}(t)\right),

означающие справедливость утверждения леммы. ∎

Лемма 3.3.

Пусть непрерывные на \mathbb{R} функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют при t±t\to\pm\infty условиям (3.2). Тогда существует и единственна пара непрерывных на \mathbb{R} функций ZjZ_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющая уравнениям (3.3), (3.4).

Доказательство.

Единственность искомой пары решений легко выводится из леммы 3.1. Докажем существование этой пары.

Если функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, тождественно равны нулю левее некоторой точки t0t_{0}, то соответствующие решения ZjZ_{j} находятся тривиальным образом: левее t0t_{0} они полагаются тождественно равными нулю, а правее t0t_{0} их значения определяются из уравнений (3.3). Заметим теперь, что если функции XjX_{j} подчиняются асимптотике (3.2), то найдутся такие последовательности исчезающих в окрестности точки -\infty функций {Xj,n}n=1\{X_{j,n}\}_{n=1}^{\infty}, что будут справедливы соотношения

(3.7) limn(supt(|Xj,n(t)Xj(t)|(t2+1)))=0.\lim\limits_{n\to\infty}\left(\sup\limits_{t\in\mathbb{R}}\biggl(|X_{j,n}(t)-X_{j}(t)|\cdot(t^{2}+1)\biggr)\right)=0.

Из леммы 3.2 теперь следует, что последовательности {Zj,n}n=1\{Z_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} решений задач

(3.8) tZj,n(t)=Xj,n(t)+k=1N(ukZj,n(tlk)+vkZ3j,n(tlk)),\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}\qquad Z_{j,n}(t)=X_{j,n}(t)+\sum\limits_{k=1}^{N}(u_{k}\,Z_{j,n}(t-l_{k})+v_{k}\,Z_{3-j,n}(t-l_{k})),
(3.9) limtZj,n(t)=0\displaystyle\lim\limits_{t\to-\infty}Z_{j,n}(t)=0

равномерно на \mathbb{R} сходятся к некоторым решениям ZjZ_{j} задачи (3.3), (3.4). Тем самым, лемма доказана. ∎

Лемма 3.4.

Для любых вещественных чисел ζj\zeta_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющих неравенству ζ1+ζ20\zeta_{1}+\zeta_{2}\neq 0, найдутся такие финитные непрерывные функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, что будут справедливы равенства

+Xj𝑑μ=ζj,\int\limits_{-\infty}^{+\infty}X_{j}\,d\mu=\zeta_{j},

а соответствующие решения ZjZ_{j} задачи (3.3), (3.4) будут подчиняться асимптотике (3.5).

Доказательство.

Зафиксируем произвольную непрерывную функцию Z1Z_{1}, тождественно равную 00 в некоторой окрестности -\infty, и тождественно равную (ζ1+ζ2)/2J(\zeta_{1}+\zeta_{2})/2J в некоторой окрестности ++\infty. Зафиксируем также функцию Z2Z_{2} вида

tZ2(t)=Z1(tτ),\forall t\in\mathbb{R}\qquad Z_{2}(t)=Z_{1}(t-\tau),

где τ\tau —  произвольная вещественная постоянная.

Сопоставленные функциям ZjZ_{j} на основе уравнений (3.3) функции XjX_{j}, очевидно, являются финитными. При этом, как проверяется непосредственно, имеют место равенства

+X1𝑑μ=ζ1+ζ22+τ(ζ1+ζ2)2Jk=1Nvk,\displaystyle\int\limits_{-\infty}^{+\infty}X_{1}\,d\mu=\dfrac{\zeta_{1}+\zeta_{2}}{2}+\dfrac{\tau\,(\zeta_{1}+\zeta_{2})}{2J}\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k},
+X2𝑑μ=ζ1+ζ22τ(ζ1+ζ2)2Jk=1Nvk.\displaystyle\int\limits_{-\infty}^{+\infty}X_{2}\,d\mu=\dfrac{\zeta_{1}+\zeta_{2}}{2}-\dfrac{\tau\,(\zeta_{1}+\zeta_{2})}{2J}\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}.

Таким образом, если выбрать

τJ(ζ1ζ2)(ζ1+ζ2)k=1Nvk,\tau\rightleftharpoons\dfrac{J(\zeta_{1}-\zeta_{2})}{(\zeta_{1}+\zeta_{2})\,\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}},

то будут выполнены все утверждения леммы. ∎

Лемма 3.5.

Пусть финитные функции XjC02()X_{j}\in C_{0}^{2}(\mathbb{R}), где j=1,2j=1,2, удовлетворяют условию

(3.10) +(X1+X2)𝑑μ=0.\int\limits_{-\infty}^{+\infty}(X_{1}+X_{2})\,d\mu=0.

Тогда решения ZjZ_{j} уравнений (3.3), (3.4) подчиняются асимптотике

limt+Zj(t)=0.\lim\limits_{t\to+\infty}Z_{j}(t)=0.
Доказательство.

Шаг 1. Поскольку функции XjX_{j} финитны, их фурье-образы X^j\hat{X}_{j} вида

tX^j(t)=12π+eitXjdμ\forall t\in\mathbb{R}\qquad\hat{X}_{j}(t)=\dfrac{1}{\sqrt{2\pi}}\int\limits_{-\infty}^{+\infty}e^{-it\cdot}X_{j}\,d\mu

являются бесконечно дифференцируемыми. При этом, ввиду гладкости функций XjX_{j}, фурье-образы X^j\hat{X}_{j} и все их производные имеют в окрестности точек ±\pm\infty асимптотику O(t2)O(t^{-2}). Кроме того, из предположения (3.10) вытекает равенство X^1(0)+X^2(0)=0\hat{X}_{1}(0)+\hat{X}_{2}(0)=0.

Зафиксируем теперь произвольную функцию φC03()\varphi\in C_{0}^{3}(\mathbb{R}), тождественно равную 11 в некоторой окрестности точки 00, и рассмотрим последовательности функций {X^j,n}n=1\{\hat{X}_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} вида

tX^j,n(t)=φ(t/n)X^j(t).\forall t\in\mathbb{R}\qquad\hat{X}_{j,n}(t)=\varphi(t/n)\cdot\hat{X}_{j}(t).

Как несложно показать, последовательности {X^j,n}n=1\{\hat{X}_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} и {X^j,n′′}n=1\{\hat{X}^{\prime\prime}_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} сходятся в пространстве L1()L_{1}(\mathbb{R}) к функциям X^j\hat{X}_{j} и X^j′′\hat{X}^{\prime\prime}_{j}, соответственно. Тем самым, для фурье-прообразов Xj,nX_{j,n} функций X^j,n\hat{X}_{j,n} будут выполняться соотношения (3.7).

Шаг 2. Обозначим через UU и VV квазимногочлены вида

tU(t)=k=1Nukeilkt,\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}\qquad U(t)=\sum\limits_{k=1}^{N}u_{k}e^{-il_{k}\,t},
tV(t)=k=1Nvkeilkt.\displaystyle\forall t\in\mathbb{R}\qquad V(t)=\sum\limits_{k=1}^{N}v_{k}e^{-il_{k}\,t}.

Ввиду линейной независимости величин {lk}k=1N\{l_{k}\}_{k=1}^{N} над полем \mathbb{Q}, квазимногочлен 1UV1-U-V имеет на \mathbb{R} единственный (причём простой) нуль в точке 00, а квазимногочлен 1U+V1-U+V не имеет на \mathbb{R} ни одного нуля.

Рассмотрим теперь последовательности {Z^j,n}n=1\{\hat{Z}_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} финитных функций класса C02()C_{0}^{2}(\mathbb{R}), удовлетворяющих системам уравнений

(1UV)(Z^1,n+Z^2,n)=X^1,n+X^2,n,\displaystyle(1-U-V)(\hat{Z}_{1,n}+\hat{Z}_{2,n})=\hat{X}_{1,n}+\hat{X}_{2,n},
(1U+V)(Z^1,nZ^2,n)=X^1,nX^2,n.\displaystyle(1-U+V)(\hat{Z}_{1,n}-\hat{Z}_{2,n})=\hat{X}_{1,n}-\hat{X}_{2,n}.

Существование таких функций гарантировано равенствами X^1,n(0)+X^2,n(0)=0\hat{X}_{1,n}(0)+\hat{X}_{2,n}(0)=0 и характером гладкости функции φ\varphi. Несложно заметить, что фурье-прообразы Zj,nZ_{j,n} функций Z^j,n\hat{Z}_{j,n} будут удовлетворять уравнениям (3.8), (3.9). Из результатов предыдущего шага и леммы 3.2 (применяемой отдельно к вещественным и мнимым частям функций Zj,nZ_{j,n} и Xj,nX_{j,n}) вытекает теперь, что последовательности {Zj,n}n=1\{Z_{j,n}\}_{n=1}^{\infty} равномерно на \mathbb{R} сходятся к решениям уравнений (3.3), (3.4). Однако при всех j=1,2j=1,2 и n=1,2,n=1,2,\ldots заведомо справедливы равенства

limt+Zj,n(t)=0.\lim\limits_{t\to+\infty}Z_{j,n}(t)=0.

Тем самым, лемма доказана. ∎

Доказательство теоремы 3.2.

Зафиксируем произвольное число ε>0\varepsilon>0. Зафиксируем также числа ζj\zeta_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяющие неравенствам ζ1+ζ20\zeta_{1}+\zeta_{2}\neq 0 и

|+Xj𝑑μζj|<ε.\left|\int\limits_{-\infty}^{+\infty}X_{j}\,d\mu-\zeta_{j}\right|<\varepsilon.

Поскольку функции XjX_{j}, где j=1,2j=1,2, удовлетворяют асимптотике (3.2), они могут быть представлены в виде

Xj=Xj0+Xj1+Xj2,X_{j}=X_{j}^{0}+X_{j}^{1}+X_{j}^{2},

где:

  • функции Xj0C02()X_{j}^{0}\in C_{0}^{2}(\mathbb{R}) удовлетворяют равенству

    +(X10+X20)𝑑μ=0;\int\limits_{-\infty}^{+\infty}(X_{1}^{0}+X_{2}^{0})\,d\mu=0;
  • функции Xj1X_{j}^{1} сопоставлены величинам ζj\zeta_{j} на основе леммы 3.4;

  • функции Xj2X_{j}^{2} подчиняются неравенствам

    t|Xj2(t)|εt2+1.\forall t\in\mathbb{R}\qquad|X_{j}^{2}(t)|\leqslant\dfrac{\varepsilon}{t^{2}+1}.

Комбинируя утверждения лемм 3.2, 3.4 и 3.5, устанавливаем, что для функций ZjZ_{j} асимптотически при t+t\to+\infty справедливы оценки

|Zj12J+(X1+X2)𝑑μ|ε(C+1J),\left|Z_{j}-\dfrac{1}{2J}\int\limits_{-\infty}^{+\infty}(X_{1}+X_{2})\,d\mu\right|\leqslant\varepsilon\cdot\left(C+\dfrac{1}{J}\right),

где постоянная CC определена леммой 3.2. Поскольку ε\varepsilon выбрано произвольным образом, то тем самым теорема доказана. ∎

4. Асимптотика спектра

Перейдём теперь к рассмотрению спектральных свойств операторного пучка Tρ:W[0,1]12W[0,1]12T_{\rho}:{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{1}[0,1]\to{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1], определяемого тождеством

y,zW[0,1]12Tρ(λ)y,z=01{yz¯+λP(yz¯+yz¯)}dμ,\forall y,z\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{1}[0,1]\qquad\langle T_{\rho}(\lambda)y,z\rangle=\int\limits_{0}^{1}\left\{y^{\prime}\overline{z^{\prime}}+\lambda P\cdot(y^{\prime}\overline{z}+y\overline{z^{\prime}})\right\}\,d\mu,

где PP —  обобщённая первообразная весовой функции ρW[0,1]12\rho\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1]. Как и в [3], именно такой пучок мы связываем с граничной задачей (1.1), (1.2). При формулировке дальнейших утверждений будут использоваться обозначения и терминология из [3].

На основе теоремы 2.1 устанавливается справедливость следующего утверждения.

Теорема 4.1.

Пусть PL2[0,1]P\in L_{2}[0,1] —  арифметически самоподобная с шагом ν\nu функция, имеющая положительный спектральный порядок DD. Пусть при этом справедливы следующие условия:

  1. (1)

    обобщённая производная ρW[0,1]12\rho\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1] функции PP отлична от нуля;

  2. (2)

    для любого номера knk\leqslant n со свойством dk>0d_{k}>0 отношение

    (4.1) ln(ak|dk|)ν\dfrac{\ln\left(a_{k}\,|d_{k}|\right)}{\nu}

    является чётным;

  3. (3)

    для любого номера knk\leqslant n со свойством dk<0d_{k}<0 отношение (4.1) является нечётным.

Тогда существует такая непрерывная положительная 22-периодическая функция ss, что при λ+\lambda\to+\infty справедливо асимптотическое представление

indTρ(λ)=λD/2(s(lnλν)+o(1)),\operatorname{ind}T_{\rho}(\lambda)=\lambda^{D/2}\cdot\left(s\left(\dfrac{\ln\lambda}{\nu}\right)+o(1)\right),

а при λ\lambda\to-\infty справедливо асимптотическое представление

indTρ(λ)=|λ|D/2(s(ln|λ|ν1)+o(1)).\operatorname{ind}T_{\rho}(\lambda)=|\lambda|^{D/2}\cdot\left(s\left(\dfrac{\ln|\lambda|}{\nu}-1\right)+o(1)\right).

Аналогично, на основе теорем 3.1 и 3.2 устанавливается справедливость следующего утверждения.

Теорема 4.2.

Пусть PL2[0,1]P\in L_{2}[0,1] —  неарифметически самоподобная функция, имеющая положительный спектральный порядок DD. Пусть также ρW[0,1]12\rho\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1] —  обобщённая производная функции PP. Тогда имеют место следующие факты:

  1. (1)

    существуют такие неотрицательные числа s±s_{\pm}, что при λ±\lambda\to\pm\infty справедливы асимптотические представления

    indTρ(λ)=|λ|D/2(s±+o(1));\operatorname{ind}T_{\rho}(\lambda)=|\lambda|^{D/2}\cdot\left(s_{\pm}+o(1)\right);
  2. (2)

    если при некотором k{1,,n}k\in\{1,\ldots,n\} имеет место неравенство dk<0d_{k}<0, то справедливо равенство s+=ss_{+}=s_{-};

  3. (3)

    если для некоторой функции yW[0,1]12y\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1] имеет место неравенство ρ,|y|2>0\langle\rho,|y|^{2}\rangle>0, то число s+s_{+} положительно. Аналогично, если для некоторой функции yW[0,1]12y\in{\raisebox{0.86108pt}{$\stackrel{{\scriptstyle\circ}}{{W}}$}}{}_{2}^{-1}[0,1] имеет место неравенство ρ,|y|2<0\langle\rho,|y|^{2}\rangle<0, то число ss_{-} положительно.

Доказательства теорем 4.1 и 4.2 полностью аналогичны доказательству теоремы 4.2 из работы [3]. Поэтому на деталях мы здесь не останавливаемся.

5. Численные результаты

nn λn\lambda_{n} n/λnlog62n/\lambda_{n}^{\log_{6}2} nn λn\lambda_{n} |n|/|λn|log62|n|/|\lambda_{n}|^{\log_{6}2}
1 6,721006,72\cdot 10^{0} ±\pm 1%1\% 0,478 ±\pm 0,001 1-1 2,30101-2,30\cdot 10^{1} ±\pm 1%1\% 0,297 ±\pm 0,001
2 9,751019,75\cdot 10^{1} ±\pm 1%1\% 0,340 ±\pm 0,001 2-2 2,58101-2,58\cdot 10^{1} ±\pm 1%1\% 0,569 ±\pm 0,001
3 1,401021,40\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,443 ±\pm 0,001 3-3 5,11102-5,11\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,269 ±\pm 0,001
4 1,501021,50\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,575 ±\pm 0,001 4-4 5,82102-5,82\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,341 ±\pm 0,001
5 2,341022,34\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,605 ±\pm 0,001 5-5 5,86102-5,86\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,425 ±\pm 0,001
6 2,891032,89\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,275 ±\pm 0,001 6-6 8,12102-8,12\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,449 ±\pm 0,001
7 3,061033,06\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,313 ±\pm 0,001 7-7 8,41102-8,41\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,517 ±\pm 0,001
8 3,061033,06\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,358 ±\pm 0,001 8-8 9,03102-9,03\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,575 ±\pm 0,001
9 3,491033,49\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,383 ±\pm 0,001 9-9 9,10102-9,10\cdot 10^{2} ±\pm 1%1\% 0,645 ±\pm 0,001
10 3,491033,49\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,426 ±\pm 0,001 10-10 1,41103-1,41\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,605 ±\pm 0,001
11 3,511033,51\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,467 ±\pm 0,001 11-11 1,69104-1,69\cdot 10^{4} ±\pm 1%1\% 0,254 ±\pm 0,001
12 3,531033,53\cdot 10^{3} ±\pm 1%1\% 0,509 ±\pm 0,001 12-12 1,73104-1,73\cdot 10^{4} ±\pm 1%1\% 0,275 ±\pm 0,001
Таблица 1. Оценки первых собственных значений для случая N=3N=3, a1=a2=a3=1/3a_{1}=a_{2}=a_{3}=1/3, d1=d3=1/2d_{1}=d_{3}=-1/2, d2=0d_{2}=0, β1=0\beta_{1}=0, β2=β3=1/2\beta_{2}=\beta_{3}=1/2.

В таблице 1 представлены результаты численных расчётов для первых двенадцати положительных и отрицательных собственных значений задачи Штурма–Лиувилля, весовой функцией в которой выступает обобщённая производная квадратично суммируемой функции с параметрами самоподобия

N=3,\displaystyle N=3,
a1=a2=a3=1/3,\displaystyle a_{1}=a_{2}=a_{3}=1/3,
d1=d3=1/2,d2=0,\displaystyle d_{1}=d_{3}=-1/2,\quad d_{2}=0,
β1=0,β2=β3=1/2.\displaystyle\beta_{1}=0,\quad\beta_{2}=\beta_{3}=1/2.

Эта задача подпадает под действие теоремы 4.1. Отвечающая ей функция ss имеет в точках 00 и 11 значения

0,29\displaystyle 0,29\leqslant s(0)0,36,\displaystyle s(0)\leqslant 0,36,
0,60\displaystyle 0,60\leqslant s(1)0,68.\displaystyle s(1)\leqslant 0,68.

Таким образом, утверждаемое теоремой 4.1 удвоение периода этой функции по сравнению с рассмотренным в работе [3] невырожденным случаем представляет собой действительно наблюдаемый эффект.

Список литературы

  • [1] M. Solomyak, E. Verbitsky. On a spectral problem related to self-similar measures//Bull. London Math. Soc., 27 (1995), pp. 242–248.
  • [2] M. Levitin, D. Vassiliev. Spectral asymptotics, renewal theorem, and the Berry conjecture for a class of fractals//Proc. Lond. Math. Soc., 72 (1996), pp. 188–214.
  • [3] А. А. Владимиров, И. А. Шейпак. Самоподобные функции в пространстве L2[0,1]L_{2}[0,1] и задача Штурма–Лиувилля с сингулярным индефинитным весом// arXiv:math.FA/0405410
  • [4] В. Феллер. Введение в теорию вероятностей и её приложения, изд. 3, Т. 2. М., «Мир», 1984.